Астрология Имени

Имя, как и любое слово языка, являет собой некий образ, основанный как на его значении, так и на его звучании. И та вибрация ритмов космоса, которую схематически представляет личный гороскоп человека, тоже может быть выражена через звуковой образ. Если звучание имени резонирует с внутренней (астрологической) заданностью человека, оно способствует максимальному раскрытию его потенциала. Имя же, не имеющее такого резонанса, наоборот, притушевывает яркость личности. И тогда бывает, что человек недоволен своим именем, поскольку тот импульс, который ведет его изнутри, не соответствует тому, который он получает от окружающих, обращающихся к нему по имени. До 1917 года существовала традиция давать имя на основании церковного календаря. Сейчас же святцы помогают мало, так как имена, приведенные там, в большинстве своем вышли из употребления. Для современного звукового строя русского языка они часто звучат архаично, так как язык живет своей жизнью и с течением времени изменяется, замещая одни характерные звуковые формы другими. И потому многие из этих имен, даже если мы постараемся их использовать из культурно-религиозных соображений, не смогут снова войти в привычный лексикон русского языка. Кроме того, выбор имен в святцах достаточно ограничен, в особенности женских, которых там значительно меньше мужских. Универсальной эту систему назвать нельзя и по другим причинам. Система именования людей по праздникам христианских святых и преподобных досталась нам в наследство от древних традиций называния детей по праздникам языческих богов. И можно сказать, что изначально имя каждого святого оказывалось не случайно связанным с тем днем, которому оно соответствовало: празник, знаменовавший определенное жизненное событие, фиксировал ритмы одной из точек годового цикла, отражая закономерности космического природного круговорота. Но позднее, вследствие изменения календаря и стиля, ошибок и неоднократных переделываний святцев (последнее из них имело место в XIX веке), а также достаточно формального введения в святцы в пору позднего христианства имен высокопоставленных чинов церкви, чистота и непосредственность этой связи была нарушена. Имена, данные в святцах, сейчас редко доносят тот природный ритм времени года, к которому они отнесены. Об этом говорит, например, большая повторяемость имен в разные дни года. Например, имя Иван встречается в святцах до 100 раз. С другой стороны, святцы не затрагивают большого пласта славянских имен дохристианского периода, воскресших в наши дни, не говоря о заимствованных в последнее время восточных и западных именах, а также вновь созданных. Три компонента, составляющие современный словарь имен,- это славянские языческие, христианские и заимствованные, в основном западные. Придерживаться какой-либо одной традиции было бы значительным сужением нынешнего, и без того небольшого, состава русских имен. Для примера можно сказать, что такие популярные в наше время имена, как Светлана, Влада, Радмила, Злата, Снежана, Руслан - языческие, а Алиса, Белла, Эльвира, Альбина, Эдуард и многие другие - новые, заимствованные. Но как найти имя, соответствующее человеку? Как можно по-новому подойти к раскрытию образа имени и его исконного внутреннего смысла? В этом может помочь астрология, разработавшая на протяжении веков богатую систему образов мира. Астрология -- наука об аналогиях, исследующая то, как невидимое отражается в явном, космическое -- в земном. В мире образы разрозненны, но наше сознание связывает их, и астрология, опираясь на свой древний догмат "Что в небесах, то и на Земле", позволяет выявить присутствующие в окружающем нас мире универсальные взаимосвязи. За каждым образом гороскопа, описывающим определенный тип личности, стоит своя цветовая гамма, поскольку каждый цвет, в свою очередь, имеет определенное психологическое значние. В наше время эту связь подробно изучает специальная наука - цветопсихология, получающая в мире все более широкое распространение. Звук также имеет психологическую и цветовую характеристику, и исследованием этих закономерностей занимались многие древние учения, философы, литераторы и лингвисты разных времен и народов, ища за звучанием слов и имен тайный и явный смысл, воздействующий на человека. В нашей стране интерес к этому вопросу прояляли символисты и эзотеристы начала века (В.Хлебников, П.Флоренский и др.), а в 70-е годы в этой области достигла успехов экспериментальная группа психолингвистики А.П.Журавлева, которая статистически доказала объективность цветовых и психологических значений гласных в русском языке. Проведя цветопсихологические характеристики знаков и планет Зодиака, можно соотнести астрологические образы с их звуковыми параллелями... Часто психологическое воздействие имени пытаются определить через культурологические параллели: здесь, кроме этимологии, важной считается связь с образами известных или популярных людей, носящих такое же имя, а иногда и литературных персонажей. Действительно часто ребенка называют "в честь" кого-либо, но ограниченность такого подхода к имени заключается в том, что культурологические ассоциации -- в особенности те, которые связаны с идейными течениями или модой,-- могут терять свою значимость в течении короткого периода времени. И если опираться только на этот преходящий смысл, выходит так, что человек как бы переживает свое имя, поскольку импульс, на котором оно было ему дано, оказывается безвозвратно утрачен. Кроме того, никакой человек не помнит постоянно, в честь кого его назвали, обычно реагируя на привычную, ставшую своей, звуковую вибрацию бессознательно. Звуковая вибрация является первичной: когда-то она отразилась в этимологии, а потом могла проявиться в ярких судьбах великих людей. И то, и другое -- опосредованное отражение того, что глубинно несет в себе звукообраз. И потому главной задачей анализа смысла имени остается трактовка вибрационной картины его звучания. То, насколько образное значение имени полнее одного только его этимологического смысла, видел Павел Флоренский, оставивший нам психо-философский анализ 18-х русских имен. Его видение подтверждает те астрологические образы, которые возникают у нас на основе звукового облика слова. Например, имя Елена Флоренский описывает как характер, который можно соотнести с лунным знаком Рака, Софью - как образ типичного Козерога, Владимира - как психотип, который отражает знак Водолея, имя Николай по характеристике Флоренского мы можем сопоставить знаку Близнецов с сильным Марсом. Непосредственно-цельное восприятие имени и синтез значения и звучания позволили Флоренскому проникнуть в сущность духовного смысла образа. Ценность такого подхода заключается в том, что через внешние характеристики он раскрывает внутреннюю взаимосвязь явлений нашей культурной, языковой и психологической реальности. На подобном же анализе основаны встречающиеся в последнее время описания характеров людей на основании носимого ими имени, которые, правда, в большинстве своем грешат излишней категоричностью. Приписывая характер имени самому носителю, часто не учитывают того, насколько это имя изначально соответствовало данному человеку, его внутренней природной заданности. Поэтому выходит, что "все Иваны таковы, а Федоры - этаки". Существует соблазн разбить людей на психотипы прямо на основании носимых ими имен. Но это не самый продуктивный метод психологической классификации, поскольку первично все-таки не имя, а носящий его человек. Астрология, описывая знаки Зодиака как 12 универсальных психотипов людей, представляет гораздо более совершенную классификацию, отражающую закономерности природного процесса. Являя нам целостную систему образов мира, она позволяет свести имена в систему и дает возможность понять реальную связь между человеком и его именем. Нельзя отрицать того отпечатка, который накладывает имя на человека, но нельзя также абсолютизировать имя. Имя -- это лишь верхняя одежда, которая, как известно, может быть к лицу человеку, а может и не идти ему. Имя не определяет судьбу человека, и его астрологическое предопределение -- его способности и жизненные задачи -- не зависят от имени. Они лишь скрываются за ним, если имя не подходит, и проявляются ярче, если имя созвучно ритмам судьбы. * * * Звукоряд, соответствующий психологическому содержанию знаков Зодиака, можно использовать не только для выбора имени человеку, но и для наименования любого события, происходящего в период воздействия этого созвездия, или объекта, а также всего, что имеет отношение к этому созвездию Зодиака. Например, если отбросить идеологическую аргументацию и пострараться непосредственно соотнести звучание имени "Ленинград" с образом города, то окажется, что это имя более соответствует характеру города на Неве, чем имя "Петербург". Оно отражает светлую, но твердую и холодную звуковую ткань идеалистического знака Водолея с сильным Сатурном, образ которого наиболее соответствует северному региону и темпераменту города. Подтверждение этому можно найти в топонимическом анализе древнейших имен данного региона. Называя какое-либо место, древние опирались на то впечатление, которое возникало от этой местности, непосредственно отражая в имени вибрационную природу и звуковое поле (иначе говоря --эгрегор) данной территории. Из ономастики известно, что древнейшими названиями являются имена рек и других гидронимов. В нашем случае это угро-финские названия: Ладога и Нева - и имя города Неванлинна (что значит - Невский город, т.е. Нево- или Невин-град), в которых явно слышна аллитерация со звучанием Ленинград (здесь начальное более идеальное Л заменило упрямое Н, которое в русском языке ассоциируется с понятием отрицания). Таким образом, имя Ленинград возвратило местности ее исконное звуковое отражение, восстановив естественную связь ритмов города с ритмами окружающей среды. Оно было экологичным с точки зрения резонанса, действующего на подсознательном, более глубоком уровне, нежели временные традиции и идеалогические клише (типа -- город "великого Ленина" или город "святого" Петра). Этого нельзя сказать о диссонирующем звучании Петербург, претенциозном -- Санкт-Петербург и особенно жаргонном -- Питер. И поэтому еще Пушкин избегал этих названий, используя имена Петрополь и Петроград ("Медный всадник"). Последнее даже стало на короткое время официальным (1914-1924), но нельзя сказать, что оно хорошо отражало биоритмы города: тепло-радостные и емкие формы звучания "Петроград" не соответствуют холодному и равнинно-водному региону. В этом переименовании главным критерием также была идеология, а не гармония отражения. Верное звуковое отражение это чистота стиля и образа города, возникшего как полет новой идеи, окрывающей творческую перспективу развития. И история строительства этого города подтвержает этот путь постояных перестроек во имя достижения идельнго архитектурного звучания. Так Исаакиевский собор прежде чем стать шедевром -- трижды изменил место и архитектуру. Тоже относится и к другим известным городским ансамлям. Так и имя города прошло три этапа преобразования пока не зазвучало в совершеной красоте резонанса с своим первообразом -- архетипом идеи и региона ее воплощения. Возвращение же первого можно сказать чернового названия зацикливает идею города на обращение вспять, не давая живого роста, а лишь консервируя узкую концепцию подражания западноевропейскому влиянию. То, что название Петербург наиболее неблагоприятно для города, отразилось и в дате его обратного переименования -- 6 сентября 1991 года, в канун 50-летия замыкания кольца Блокады (8 сентября 1941), зафиксировав тем самым воздействие этой болевой точки на судьбу города. Гороскоп этого момента достаточно тяжел, довольно матерьяльно-прагматичен и не гармонирует с образом духовной столицы, которой был этот город. Символично также, что небесный покровитель города -- астероид Ленинград (ь 2046) -- потерял своего земного собрата. Переименование нанесло удар на вибрационную природу региона и будет негативно влиять на внутренний потенциал города, теряющего поддержку от природного эгрегора территории и окружающей области, который помогал его жителям выстоять в блокаде. (Поэтому закономерен все более усиливающийся разрыв экономической целостности города и области, которая, кстати, не будучи столь идейно-эстремистской, как власти города, сохранила название Ленинградская, ощущая природную связь имени и земли более непосредственно.) Прорыв и полное снятия блокады (26 января 1944) происходили под знаком местного региона - Водолеем, также как и переименование города в Ленинград (26 января 1924). Использование названия Ленинград (хотя бы в быту) в определенной степени может сдержать и ослабить разрушительное влияние негармоничной вибрации и той линии судьбы, которую принесло обратное переименование. Вопрос наименования очень важен и сложен, поэтому для его решения на помощь рассудку должны прийти наши ощущения. Ведь когда-то именно они связывали людей с природой, которая хранила чистоту их восприятия. Ментальный формализм в следовании привнесенной традиции, временной и искусственной, редко связывает нас с изначальным, вечным и естественным, резонансом. Поэтому важно вскрывать глубинные, истинные, вибрации местности, отражая их в звуке имен. В дань традиции было бы достаточно закрепить название Петербург за историческим центром города, образ которого культорологически связан с этим названием. Люди, чуткие к вибрациям и непредвзято чувствующие, видят достойною красоту и гармонию соответствия городу имени Ленинград, но, видимо, еще не скоро практика нашей жизни будет руководствоваться принципом, что мерилом истины является гармония и красота. И поэтому требуются доказательства тех законов, которые связывают внешнюю логику с нашим внутренним ощущением.

top