ГЛАВА 23. Наблюдения полицейских

Прошло несколько лет с тех пор, как ФБР получало какой-либо важный отчет. Вдруг 25 апреля 1964 года телетайп в штабе начал печатать важное сообщение. 17:37 местного времени 25.4.64 Срочно Кому: директору ФБР. Oт: старшего агента в Альбукерке, 62, штат Нью-Мексико Неопознанный летающий объект, Сокорро, Н.-М. 24 апреля 1964 года. Информация о данном событии Информация, полученная 24 и 25 апреля от (полицейского офицера) Лонни Заморы считается серьезной, надежной, продуманной, не вымышленной. Около 5:50 вечера он, находясь в южном районе Сокорро, заметил пламя в юго-западном секторе неба и решил проверить, не взорвались ли сараи, в которых хранился динамит. Проезжая по пустынному району примерно в полутора километрах к югу от Сокорро, он заметил в метрах двухстах пятидесяти углубление, в котором лежал светлый объект, показавшийся на первый взгляд перевернутой машиной. Рядом с ним находились две фигуры в белых комбинезонах. Он проехал по проселочной дороге и остановился в тридцати метрах от объекта и в шести - восьми метрах выше его. Фигур не было. Замора услышал два или три громких, тяжелых удара с интервалом меньше секунды, затем с ревом и голубовато-оранжевым пламенем объект медленно вертикально поднялся примерно на высоту автомобиля. Рев и пламя прекратились, и объект на высокой скорости помчался по прямой и почти горизонтально, пока не исчез над дальними горами. Испуганный Замора сообщил по радио о своих наблюдениях. Прибывшие немедленно офицер Чавес и агент ФБР Бирнс заметили четыре неравномерно расположенных тлеющих пятна и четыре вмятины в земле правильной прямоугольной формы приблизительно шестьдесят на пятнадцать сантиметров в среднем на расстоянии четырех метров одна от другой. Замора утверждает, что объект был овальным, похожим на мяч для регби, вероятно, шести метров длиной, с красной эмблемой в центре около восьмидесяти сантиметров высотой и шестидесяти сантиметров шириной. Других свидетелей шума, пламени или объекта не было. В телетайпном донесении также говорится, что агент Бирнс срочно уведомил капитана Ричарда Холдера, командира Центра слежения за ракетами Уайт-Сэндз, расположенного к югу от Сокорро. Бирнс также упомянул, что к моменту отправки телетайпа пресса уже проявляла значительный интерес. Он заканчивал донесение словами, что ФБР "не проводит расследования", но что он будет сообщать в штаб о ходе дела. Возможно, что агент ФБР не проводил официального расследования, но из документов ясно, что он был ключевой фигурой. Через полчаса после того, как офицер Замора радировал в полицейский участок, агент Бирнс был на месте происшествия. 8 мая агент Бирнс написал отчет о своей деятельности, связанной с наблюдением. Специальный агент Бирнс, отдел Федерального бюро расследований в Альбукерке, штат НьюМексико, ближе к вечеру 24 апреля 1964 года находился в Сокорро, штат Нью-Мексико, по делам в участке полиции штата. Примерно в 5:45 или в 5:50 вечера в участок пришел Нер Лопес, радиооператор в отделе шерифа округа Сокорро, находящегося в том же помещении, что и полицейский участок. Мистер Лопес сообщил сержанту Сэму Чавесу, офицеру полиции штата, что только что получил вызов от офицера Лонни Заморы с просьбой подъехать в район, расположенный в полутора километрах к юго-западу от Сокорро. Вызов касался некоего неизвестного объекта, который "приземлился и взлетел". Агент Бирнс закончил свою работу примерно в 6:00 вечера 24 апреля 1964 года и направился на место, где собрались офицер Замора, заместитель шерифа округа Джим Лакки, сержант Чавес и офицер полиции Тед Джордан. Нужно отметить, что офицер Замора, хорошо известный на протяжении пяти лет, считается серьезным, старательным и честным полицейским, не склонным к фантазиям. Он был совершенно трезв и возбужден произошедшими событиями. Специальный агент Бирнс заметил вмятины на неровной земле в том месте, где, со слов Заморы, стоял объект. Они были правильной прямоугольной формы приблизительно шестьдесят на пятнадцать сантиметров. Каждая вмятина, казалось, была сделана предметом, отходящим под углом от центральной линии. Они были приблизительно пяти сантиметров глубиной и выдавили землю к внешней стороне. Между четырьмя вмятинами находились три пучка выжженной травы. Другие пучки в той же области казались неповрежденными. Одно выжженное пятно находилось за пределами четырех вмятин. На земле были три круглые гладкие отметины примерно десяти сантиметров в диаметре и вошедшие в песчаную землю приблизительно на три миллиметра, как будто в песок слегка вдавили крышку от банки. Вечером 24 апреля в этом районе не был замечен ни один другой человек. Не был замечен ни один объект, возможно связанный с инцидентом, рассказанным офицером Заморой. В районе видимости не было домов и других жилищ. В донесении от 30 апреля агент Бирнс писал, что офицер Замора был "способным полицейским, на хорошем счету, который был абсолютно трезвым и достаточно возбужденным". Агент Бирнс докладывал, что посетил то место, увидел вмятины и немедленно связался с капитаном Холдером. Когда приехал капитан Холдер, они вместе с Бирнсом измерили обожженные области. Затем "не спеша" опросили офицера Замору и выяснили, что наблюдение началось, когда полицейский преследовал автомобилиста, нарушившего скорость. Он -увидел яркую вспышку и услышал звук, который заставил его предположить, что взорвался сарай с запасами динамита на другой стороне холма. Он прекратил преследование и свернул на грунтовую дорогу, ведущую к сараю. Замора увидел объект, когда поднимался по холму. Ему показалось, что это перевернутый автомобиль, рядом с которым находились двое детей. На несколько секунд он потерял его из вида, продолжая ехать по ухабистой дороге. Одновременно он радировал, что собирается проверить перевернувшуюся машину. Когда полицейский въехал на вершину холма, он снова увидел объект под собой в сухом русле ручья. Он был овальной формы и, казалось, стоял на двух ногах, на боку у него было красное устройство или эмблема. Когда он вылезал из автомобиля, чтобы позвать "детей", которых теперь не видел, то уронил микрофон и повернулся, чтобы поднять его. В этот момент со стороны объекта послышался ревущий звук, вначале низкий, затем повышающийся. Замора обернулся и увидел то, что показалось ему голубовато-оранжевым пламенем, вырывающимся из-под объекта. Думая, что он сейчас взорвется, полицейский бросился на другую сторону машины, потеряв при этом свои очки. На бегу он повернул голову, чтобы посмотреть на объект. Через несколько секунд тот поднялся прямо вверх. Замора пробежал около пятнадцати метров и упал на землю, закрыв глаза. Затем он понял, что звук прекратился, посмотрел назад и увидел удаляющийся объект. Замора встал и, подобрав по дороге очки, побежал обратно к машине, чтобы позвонить Непу Лопесу. Он попросил его выглянуть в окно, но в горячке не догадался сказать, чтобы тот выглянул в окно, выходящее на запад. (Окно Лопеса выходило на север). Офицер Замора немедленно попросил выслать сержанта Чавеса. Другие прибывшие полицейские (Лакки, Джордан) услышали вызов по радио и также подъехали. Когда через несколько минут прибыл Чавес, он обнаружил бледного и мокрого от пота Замору, а также слегка тлеющую траву и кусты в том месте, где находился объект. К часу ночи агент Бирнс и капитан Холдер напечатали отчет. В течение следующих дней армия и ВВС проверили все известные секретные разработки, проводящиеся в этом районе, и не смогли найти объяснение. Сразу связались с сотрудниками программы "Голубая книга", и через пять дней в Сокорро в первый раз приехал доктор Хайнек. Он опросил всех связанных с этим случаем людей, но не смог прийти ни к какому выводу. Примерно через пять месяцев он приехал еще раз. И опять никаких ответов. Некоторые полагали, что офицер Замора видел совершенно секретный военный самолет или лунный модуль NASA (Национальное агентство по аэронавтике и космосу. - прим. пер.). который в то время широко обсуждали средства массовой информации. Некоторые думали, что это фальсификация с целью заманить в Сокорро туристов. Однако доказательств фальсификации не было и надежность показаний офицера Заморы осталась высокой. Майор Эктор Квантилья младший, начальник программы "Голубая книга" особо заинтересовался этим случаем. Он был убежден, что Замора рассказал правду. В статье, опубликованной в журнале "Исследования разведки" за 1967 год, Квантилья так подводит итог этому наблюдению: Заключение: нераскрыто. Нет сомнения, что Лонни Замора видел объект, который произвел на него глубокое впечатление. Не возникает вопросов и в отношении надежности Заморы. Он серьезный полицейский, один из столпов местной церкви и хорошо разбирается в определении летательных аппаратов в своем районе. Замора озадачен увиденным, и, честно говоря, мы все тоже. Это наиболее документированный случай, и все же мы не смогли, несмотря на тщательное расследование, обнаружить летающее средство или другой стимул, который так испугал Замору. Во время расследования и сразу после него проверили все, что можно было проверить. Район приземления обследовали счетчиком Гейгера. Контрольный центр аэростатов авиабазы Холломана проверили на запуск аэростатов. Все местные базы ВВС проверили на запуск метеозондов. По всему штату Нью-Мексико проконтролировали полетные листы вертолетов, правительственных и частных самолетов. Сверились с подразделением воздушной разведки в Пентагоне и командным пунктом в Белом доме. Долго опрашивали командующего авиабазой Холломана обо всех специальных мероприятиях на его базе. Опросили операторов на ракетном полигоне Уайт-Сэндз. Послали запросы в промышленные компании, занятые разработкой лунного модуля. Компании охотно сотрудничали с нами, но ответы были отрицательные. Лаборатория ВВС провела анализ почвы с места приземления. Расследования не принесли никаких результатов. Не было найдено других свидетелей. В районе не было неопознанных вертолетов или самолетов. Радарные установки на авиабазе Холломана и в Альбукерке не зафиксировали никаких необычных отметок, но дальний радар селекции движущихся целей в Холломане не работал с 16:00. Не наблюдалось никакой необычной метеорологической деятельности, никаких гроз, поскольку погода была ветреной, но ясной. В районе приземления не было никаких следов, кроме неглубоких "отметин", найденных Чавесом и Заморой. Анализ почвы не обнаружил чужеродных материалов. Радиация оказалась нормальной как у вмятин, так и в окружающем районе. Лабораторный анализ сожженной травы не показал химических продуктов, которые могли бы являться остатками сгорания топлива. Судя по оценке Заморы, учитывавшего расстояние до гор, где скрылся объект, он двигался со скоростью двести км в час. Ни в коем случае не межпланетная скорость. Ни одно из исследований не доказало, что НЛО в Сокорро имел внеземное происхождение или что он представлял угрозу для безопасности США. Это пример хорошо описанного и хорошо расследованного наблюдения с более чем достаточной информацией для идентификации, и, тем не менее, идентифицировать его не смогли. Далее майор Квантилья признавал поражение: объяснения для наблюдения Заморы не было. И все же, согласно Квантилье, не было свидетельств внеземного происхождения объекта и он не представлял угрозы безопасности США. Определенно возникает вопрос: как он пришел к такому выводу, не имея идентификации? Очевидно, свидетельством явилась "не межпланетная" скорость. Майор Квантилья, соглашаясь с официальной позицией ВВС по неопознанным летающим объектам, скептически относился к внеземной версии, и скептицизм не позволил ему признать, что Замора на самом деле мог видеть внеземной летательный аппарат. После статьи Квантильи прошло множество гражданских расследований. Некоторые предполагали, что Замора видел новый (для того времени) тип аэростата, наполняемого горячим воздухом. Пламя из горелки могло быть причиной услышанного им звука и сожженной травы. Если принять это объяснение, потребуется отбросить многое из показаний Заморы, и оно, несомненно, вызовет целый ряд вопросов, например, почему он не узнал большой аэростат? Это показывает, с каким упорством некоторые не хотят признавать, что над землей летают неопознанные объекты. Расследования, последовавшие после статьи Квантильи, отвергли все сделанные человеком предметы и естественные явления. Что остается? После объекта остались следы: сожженная трава и вмятины в земле. Странным аспектом физических свидетельств была их природа сожженной растительности. Чавес обнаружил, что она холодная спустя несколько минут после случившегося. Следовательно, сожженные пятна не были результатом сгорания обычного ракетного топлива, которое сожгло бы все вокруг и вызвало пожар в близлежащем кустарнике. Вероятно, это были последствия воздействия интенсивного источника радиации или чрезвычайно горячего воздуха (или плазмы), которое длилось недостаточно долго, чтобы нагреть внутреннюю часть объекта, а только "поджаривает" внешнюю поверхность. Другой странный аспект, не упомянутый в официальном отчете, заметил офицер Тед Джордан. У него с собой была 35-миллиметровая кинокамера, и он снял на пленку место посадки через полчаса после случившегося. На следующий день один из дознавателей ВВС попросил у него негатив и пообещал вернуть копии фильма. Через много недель Джордан спросил о нем, и ему сказали, что негатив не проявился, он был засвечен радиацией. Сержант Чавес на следующий день после происшествия сделал снимки этого места поляроидом. Снимки получились. Счетчик Гейгера привезли через сорок восемь часов. Он не показал увеличения радиационного фона. Может быть, какая-то интенсивная форма радиации, засветившая фильм, существовала очень короткое время и рассеялась к следующему дню? Заморе определенно показалось, что он видел реальное, цельное структурное устройство, большой летательный аппарат овальной формы, который после "взлета" двигался беззвучно. Он не был похож на летательный аппарат, сделанный человеком, или аэростат. Но если мы его не делали, тогда кто? И что они делали около Сокорро в этот день?

top